Еще в 1833 году в стенах Alma Mater будущие священнослужители делают попытку сложить первое собрание стихов. Оригинальные проявления таланта и сердца под названием «Сын Руси ильі собраніє стихотворов в руськім язику от клеров Семінарії Єнеральної в Львівгороді руського краю метрополії» остались в рукописи и в большинстве подписаны крыптонимами. Через год семинаристы подают в львовскую цензуру новый сборник «Зоря, писемце, присвященоє руському языку». Украинского цензора в Галичине не было, и рукопись пересылают в Вену в руки известного Варфоломея Копитара, что высказывался неоднозначно. Окончательный итог зделали во Львове: «Non admittitur ad imprimendum» (до печати не допускается). В комнате, где проживал Маркиян Шашкевич и четыре его однокашников, организовано обыск, перед тем они успели уничтожить рукопись «Зори».

Ведение украинского языка для школьников, написания азбук, грамматик, чтение также легло на плечи священнослужителей. При храмах открывались народные школы, нужны были современные учебники. Молодые теологи занимаются просветительством, должны долго и терпеливо ждать на разрешение цензуры, часто их рукописи выходят в мир после смерти авторов.

«Читанка для діточок в народних оучилах руських» - так рукой Шашкевича написано на обыкновенной тетради в мягкой черной обложке. Она состоит из 53 листов, вступительная беседа оканчивается молитвой. Детям подают ведомости о мире, о порах года, о том, что такое семья, село, город, страна. Вершиной литературной деятельности «Трийци» стал альманах «Русалка Днестровая», что мог выйти печатью в Будапеште. Из тысячи экземпляров издания 1837 года осталось не больше 200, которые стали раритетами. Один из них живет особой жизнью музейного экспоната в Святодуховской семинарской башне в музее одной книги - «Русалки Днестровой».

Львов экскурсии

Книга во времена Маркияна Шашкевича была окружена особым пиететом. Будто осознавая ее универсальные коммуникабельные особенности, общество расширяет книжный репертуар: выходят первые газеты, журналы, альманахи, сборники. А стандартная статистика дополняется данными о книжных заведениях: в 40-х годах XIX столетия было во Львове пять христианских и две еврейские типографии, четыре литографии, пять книжных и несколько раритетов. Сюда надо еще добавить новые публичные библиотеки, давние монастырские библиотеки и многочисленные приватные коллекции: адвоката Августа Высоцкого, армянского епископа Каэтана Вартеросевича, теолога Модеста Гриневецкого, историка Дениса Зубрицкого, драматурга Александра Фредра, меценатов Дидушицких, Баворовских и Павликовських. В библиотеках этих были специальные кустоши (хранители), соответствующие шкафы и книжные знаки. Благодаря им начал свою историю галицкий экслибрис.

Печать книг и их распространение находились под внимательным контролем государственной цензуры, о чем предупреждалось в специальных «регуляминах» (постановлениях). Самой большой, наиболее хорошо оснащенной в те времена была печатная, а точнее издательско-типографское заведение Пиллеров. Основоположник целой династии Антон Пиллер приехал во Львов с Вены, получил титул «печатника губерниального его Императорского величества». Пиллер возводит дом в начале улицы Лычаковской и Панской. Офис Пиллеров считался одним из самых красивых во Львове, и не только благодаря оригинальному инженерному решению, но и аллегоричной выразительностью скульптурного декора.

Кроме правительственных постановлений, обращений, документов Пиллеры печатали школьные учебники, научную и художественную литературу. Но больше всего благодарности они заслуживают за печать и издание первых львовских журналов. Академик Иван Крипьякевич достаточно тщательно оценивает львовские журналы и все же определяет, что они являются хорошим источником для изучения истории Львова первой половины XIX столетия. В этом несложно убедиться, достаточно перевернуть пожелтевшие страницы редкостных и одиночных экземпляров, которые сохранились от «Gazette de Leopol» - первой на территории не только Львова, но и Украины, которая печаталась на французском языке, к немецкой «Mnemosyne», польско язычной «Gazety Lwowskiej» аж до «Зори Галицкой». От 70-х годов XIX столетия до 1848 года во Львове выходило больше 20 разнообразных видов периодики. В 1840 году во Львове начал писаться первый журнал под названием «Вестник мод парижских» и считался одним из наиболее известных журналов Галичины, далеко известным за ее пределами: в Кракове, Варшаве, Вильно, Петербурге. Сейчас журнал сохраняется в немногих библиотеках и редкостных приватных коллекциях. Его особой прелестью были иллюстрации.