Советская агитация 1960-тых

Одежда. Мода. Торговля

Во Львове приезжие из сел отличались своим внешним видом. Несмотря на то, что в советское время не было существенного разнообразия в одежде и она был более или менее одинаковой для всех, разница во внешности сельских и городских жителей была заметной, хотя и не привлекала излишнего внимания. Мысли рассказчиков о различиях в одежде жителей городов и сел отличались. Они приводили противоречивые утверждения о том, были ли эти различия или их не было, и делали это в основном в контексте сравнения с современностью. Условно можно выделить две хронологически отличные группы показаний мигрантов. Прибывшие во Львов в 50-х - начале 60-х годов не замечали существенных различий в одежде, после переезда более заметной стала традиционная сельская одежда. В 70-80-х годах с появлением "модной" одежды разница стала ощутимой - приезжие из сел в начале не имели материальной возможности или мало интересовались новыми модными тенденциями.

Одежда выходцев из сел отличался простотой и скромностью. Как отмечали мигранты, они не были грязными, их одежда была даже чище, но они меньше следили за модой, уделяли мало внимания внешнему виду и обуви. Возможность одеваться "богаче", "по-городскому" имели только состоятельные жители сел. Иногда они приезжали во Львов даже лучше одеты от городских. Крестьяне, имея средства, не могли купить одежду, поскольку ее не было в сельских магазинах. Собрав определенную сумму денег, одежду ехали покупать во Львов. С появлением модных вещей "балоновый плащ и резиновые сапоги-боты делали первой девушкой на селе".

Львов экскурсии

Разница в одежде между приезжими из села и жителями Львова была заметна сразу после переезда. Отличить городских и прибывших после года жизни в городе было сложно. Меньше отличались своей внешностью приезжие из близлежащих во Львов сел. Они часто бывали в городе и были знакомы с новыми модными тенденциями. С другой стороны, маятниковых мигрантов, что заботились не о своем эстетическом виде, а о материальном достатке - приезжали с сумками продуктов на продажу и возвращались домой вечером с такими же, наполненными купленными во Львове товарами - можно было легко отличить среди львовской толпы. Из-за больших пакетов за плечами их с юмором называли десантниками . Различия наблюдались в головных уборах - сельские девушки приезжали в город в платках , а жительницы Львова носили шапки , беретки , кубанки . Если в селе , учитывая общепринятые нормы, девушка не могла пройтись без платка, то во Львове они пытались их не носить. Во Львов сельские девушки приезжали в сарафанах , жакетках , ситцевых и сатиновых платьях , вязаных или трикотажных шерстяных свитерах , юбках - плисеровках , штапельных и шалянових юбках , нейлоновых блузках и др. Отличалась детская одежда: в селах родители одевали детей в зависимости от материального достатка , перешивали свою одежду на детскую, а львовяне не допускали, чтобы дети выделялись среди своих сверстников одеждой похуже.

Городские традиции в одежде приезжие перенимали умеренно. Сразу после переезда они в основном не покупали новую одежду, а носили привезенную из села. Городские жители получали высокие заработки и могли лучше одеваться. Выходцы из сел "когда покупали вещь, то уже в годы". Они делили одежду на ежедневную и праздничную, праздничную почитали и носили годами. Моду на штаны принимали не сразу и по-разному. Некоторое время девушкам даже запрещали носить брюки как "отклонение в сторону гнилой буржуазной моды". Некоторые из них в течение жизни во Львове ни разу не надели брюк, тогда как львовянки, даже старшего возраста, носили их безоговорочно. Значительно быстрее сельские девушки перенимали моду на короткие юбки. Они обрезали привезенные из села юбки, оставляя одну-две длинные для поездок домой. Ехать в село в коротких юбках и шапках сначала стеснялись.

Львовянки отличались элегантностью, оригинальностью, шармом, "барской" и модной одеждой. Они одевались "смелее", "ярче", иногда "по-барски", со вкусом, когда одежда "лежала" лучше и был подобран в тон; носили короткие или, наоборот, длинные юбки (тогда, когда все надевали только короткие), шляпки, повязывали на шее платки, имели вещи еще их матерей и бабушек, отличались ухоженными руками и маникюром. Выходцы из сел носили цветную контрастную одежду, например, вместе с зелеными колготами могли одеть красный свитер и выглядели "как попугаи". Большинство была охвачена "стадностью", нехваткой оригинальности. Одежда для львовян не играла такого значения как для мигрантов, которых нередко интересовало только то, как лучше одеться. Модную вещь, которая появлялась в продаже, покупал почти каждый из них. Отдельные приезжие вне Львовской области называли одежду львовян даже несколько европеизированным.

Мигранты-мужчины меньше замечали различия в одежде, чем женщины. Львовяне всегда были подтянуты и даже при плохой погоде одевались празднично. Сельские ребята имели преимущественно одно праздничное платье, которое носили только по воскресеньям. В 50-х годах их можно было еще увидеть в вышитых рубашках.

Переселенцы меняли прически. Девушки не сразу обрезали длинные волосы, заплетали его в косы, которые опускали на плече или обводили вокруг головы. Модными были короткие вьющиеся волосы, прически "конский хвост" и "бабетта". Искушенные модой на короткие стрижки девушки массово обрезали косы. Это негативно воспринимали мигранты старшего возраста. Одна из рассказчиц вспомнила как преподаватель училища самовольно наказал девушек за то, что они подстригли волосы. Сельские девушки втайне от мужчин обрезали косы и делали завивки. Работники парикмахерских использовали моду на короткие прически с корыстной целью: волосы сельских девушек превратили в прибыльный промысел - нелегальное производство париков. В употребление входили химические красители волос "Гамма", "Лондатон". Сельские девушки редко пользовались косметикой, хотя некоторые из них по приезде в город начали ею злоупотреблять. Сельские ребята отличались короткими стрижками, за что их называли "деревенщиной". Они стриглись под "польку","полубокс"или"бокс". Во Львове мужчины носили длинные волосы, которые спадали на плечи и запрещали советские моральные предписания.

Имеющаяся тогда в магазинах одежда была низкого качества. Люди одевались "стандартно и серо", "неуклюже". Швейные фабрики спешили перевыполнить плановые задания. Они освобождались от бракеража, т.е. выявление брака и проверки соответствия продукции стандартам, что приводило к нарушению утвержденной шкалы ростов и размеров. Были курьезные случаи, когда рукава или штанины были разной длины. Покупатели жаловались на качество тканей и пошива, немодные фасоны, однообразие цветов. Преобладала темная одежда; что объяснялось ее практичностью. Темная и теплая была одинаковая для всех осенне-зимняя одежда. Побывав за границей, мигранты замечали, что там одеваются ярче. Люди покупали ткани и шили одежду в ателье и частных портных. Дети 50-х годов в холодное время года носили меховые шапки, валенки, воротники верхней одежды связывали шарфами, а летом бегали босиком. Детская одежда был низкого качества:

... пальто и платья для девочек напоминают мешки с наспех пришитыми к ним рукавами, а цвета ... удовлетворили бы разве что семидесятилетних бабушек.

... детский трикотажный костюмчик цветом напоминает застоявшуюся воду в пруду ...

Модными в разное время были брюки, юбки-плиссе, балоновая и кожаная верхняя одежда, пальто-джерси, джинсы, кроссовки, рубашки-сафари с металлическими пуговицами, гольфы белого цвета и т.д. В моду вошли узкие в талии и максимально расширенные книзу брюки "клеш", украшенные пуговицами, монетами, вышивкой, кружевом, разноцветными вставками, цепочками; обувь с каблуком-клешем. Среди тканей спросом пользовались парча, кремплин, полистер, нейлон. Следовать последним новинкам западной моды начали с популярностью рок-н-ролла. Большие возможности доступа к новейшим западным тенденциям музыки и модной одежде имели дети военнослужащих, а их дочери иногда слишком этим восхищались. Некоторое время модно было носить с собой фотоаппараты и радиоприемники. По мнению мигрантов, мода тогда была "резкая", модные вещи менялись часто и были очень разные.

В 1950-тых среди жителей города отличались "стиляги". Они носили зауженные книзу брюки "дудочки" (25-26 см), которые собственноручно сшивали, из-за чего те казались короткими. Обувь стиляг - "румынки" на каучуковой широкой высокой подошве. Оригинальной была прическа, "делали петушиный гребень на голове" - сверху волосы начесывали и приглаживали по бокам к голове. С популярностью творчества Элвиса Пресли сельские ребята копировали его прическу, а некоторые начали носить голубые костюмы, несмотря на то, что никогда не слышали его музыки. Со стилягами постоянно вели борьбу. Запрещали носить одежду с любыми иностранными эмблемами. Замечания делали даже из-за длины галстука. Стиляг вылавливали, вспарывали штанины и заставляли вставить клинья. Как следствие моральной неустойчивости, им приписывали безделье, обвиняли в существовании на родительские средства, употреблении жаргона, развлечениях. В конце 60 - х годов во Львове появились хиппи. В 1970-1971 гг. разоблачили две попытки создать их организации в городе. Участниками движения хиппи была молодежь в основном в возрасте 16-18 лет, даже комсомольцы. Хиппи отличались внешностью: расширенными книзу планами, длинными волосами, а мужчины - бородой. Они собирались в саду, который называли "святой сад", позади костела кармелитов в начале ул. М. Лысенко, возле здания Львовского обкома компартии, проводили там собрания - "сейшены".

Качественную модную одежду было трудно купить, ее "доставали кто как мог", переплачивали гораздо больше ее магазинной стоимости. Это не касалось работников государственного аппарата, для которых существовали отдельные магазины с улучшенным снабжением: Были так называемые обкомовские магазины, которые обслуживали работников обкома и райкомов партии. Но не все знали, где они находились, но знали, что такие были. Там было все, все, что было дефицитным для населения, все было там.

Характерный для советского периода дефицит на товары легкой и пищевой промышленности открывал людям, имевшим доступ к сфере торговли, неограниченные возможности для махинаций. Типичным было создание видимости отсутствия в магазинах одежды, обуви, продуктов питания, которые пользовались спросом. Безуспешные попытки купить нужную вещь заставляли прибегать к частным договоренностям и переплачивать за товары. Работу в сфере торговли считали выгодным источником материального обогащения, а работники торговли были "нужными людьми" и их почитали: Сначала в Торгово-экономический институт не хотели поступать учиться, называли их "торгаши". Но потом к торговле было трудно добраться и кто работал в торговле, на базах, тот достиг во материальном положении, значительно больше, чем те, кто закончили ЛНУ [Львовский национальный университет имени Ивана Франко, до 1999 г. Львовский государственный университет.-Г. Б.] или Политехнический.

Помогали родственникам, знакомым получить определенные вещи. Было время, когда были товары, но люди не имели денег. А потом были ужасные годы. Дефициты. Только отдельные люди имели. Все делалось так: "А он нужный человек!". Взятки были тогда повсюду.

Советское общество жило по принципу взаимных услуг. Обычными были разговоры о том, где можно договориться, переплатив достать ("по блату", "по знакомству", "из-под прилавка"). Дефицитные товары продавцы распределяли между собой; оставляли одежду и обувь нужных размеров для коллег по работе, знакомых, родственников и посторонних лиц. Договоренности налаживали через знакомых, родственников, знакомых своих знакомых. Стандартный пароль в магазине - имя лица, от которого обращались. Существовал своеобразный обмен товарами и услугами: лица, что не имели доступа к товарам, но занимали определенные должности или были специалистами по востребованной области могли получить за оказанные услуги нужные товары. Такой обмен не всегда был выгоден одной из сторон. Некоторые считали, что лучше переплатить за нужный товар, а свои умения или возможности продать дороже: ... Дрогобицкая колбаса стоила 3,80 руб. Попробуй себе ее купи. Там были (магазины. - Г.Б.) Сквозняк и "Элегант" рядом, она мне дает колбасу, а я ей - платье. Потом я подумала мне лучше за эту колбасу переплатить и продать то платье, взять больше ... Пусть я бы давала за ту колбасу по 5 или по 10 руб., Все равно мне было выгоднее продать то платье, наварить 100 грн. (руб. - Г.Б.). Таковы были приспособления к жизни. Переплата была привычным явлением в советском обществе. Большим спросом пользовалась импортная одежда, которая доходила до покупателя значительно дороже реальной стоимости. Кое-где цены были завышены вдвое, несмотря на это, нужные товары радостно покупали. Переплата на одежду в 30-50 руб. считалась очень выгодной (обычно переплачивали гораздо больше). Работники торговли, имели доступ к импортной одежде, иногда дополнительно зарабатывали на одной вещи до 200-300 руб. Ранее используемую импортную одежду можно купить в так называемых комиссионных магазинах. По завышенным ценам продавали в 70-80-х годах изделия из золота, их массово скупали иностранцы, многие переплачивая.

Когда я уже работала экономистом на фирме одежды, то у меня уже не было проблем. Я могла уже сама кому-то сделать какую-то одежду. Дубленочки , шубки , это у меня было. И между прочим такой секрет был: скажем дубленку я взяла, ношу ее там январь, половину февраля, потом продаю и еще на том зарабатываю... Скажем пришли джинсы, они стоили 70 руб. Обычно в торговлю, как таковую, они не попали. И вот пришла завмагом, я тогда работала экономистом…, говорит я вам даю пока по две пары джинсов, скажите, какой вам нужен размер, себе или для продажи... Те даю по 70 руб., а еще по две или по три (пары - Г.Б.) даю на продажу и вы мне должны дать на 20 руб., больше - по 90. Я принимала те две пары, шла в магазин и говорила девушкам я вам даю по 110 и меня уже это не волновало. Вот такие были накрутки. У них был уже свой контингент людей. Это было очень выгодное дело ... Продавцы реализовывали уже по 130 руб. Это считалось очень хорошо, когда ты купил с переплатой в 50 руб. ...Помню, имела югославскую дубленку, она стоила 860 руб. Я ее поносила на Рождественские праздники... и продала где-то за тысячу... Так же делали с обувью. На импортную обувь давалось два месяца...гарантии. Я поносила там два месяца и оторвала подошву или еще что-то, я там ходила, мы были одна..., относились к одному торгу. У меня там суконку принимал, я ходила там как экономист торга на ревизии, и все. Ну я говорю они у меня порвались. Комиссия составила, что они порвались. Я себе сдавала и мне возвращали деньги... Но это же все не имели такую возможность.

Препятствием для покупки одежды некоторое время было отсутствие у мигрантов львовской прописки:

Не было львовской прописки. Взяла у женщины по работе ее паспорт и с ним купила себе плащ ...

Злоупотребление сводились не только к продаже "из-под прилавка" с переплатой, но и к выборочной поставке дефицитных товаров . В магазины товары поступали из специализированных баз. Руководителями баз были состоятельные люди, которые "без взятки выписывали (товары. - Г. Б.)". Благополучие любого заведующего магазина зависело от умения наладить дружеские отношения с работниками базы. Дорогой дефицитный товар всегда был выгодным приобретением, ведь его можно было продать еще дороже. На некоторых базах целенаправленно накапливали большое количество дефицитных товаров легкой промышленности, в основном одежду и обувь, которые хранили там и продавали в течение длительного времени. При распределении товаров некоторые магазины получали товары повышенного спроса сверх определенных норм, другие пользовались правом первоочередной их поставки. Дефицитные товары поручали реализовывать продавцам, не выставляли их в открытую продажу, а имели свой круг частных покупателей. Наценка зависела от близости покупателя. Самым близким продавали "из-под прилавка" по официальным ценам. Работники комиссионных магазинов формировали сеть поставщиков. К нелегальной торговли привлекали только доверенных людей. Популярной стала мелкая нелегальная торговля, которую называли спекуляцией. Ею занимались преимущественно женщины без постоянного места работы, они перепродавали товары повышенного спроса или такие, которые не имели налаженной поставки. Нелегальной торговлей импортными вещами, которые привозили польские туристы или студенты-иностранцы, занимались фарцовщики. Автор анонимного письма первому секретарю Львовского обкома КПУ В. Добрику отмечал о безнаказанной спекулятивной торговле на главных площадях и улицах города вблизи универмага по ул. 700-летия Львова , напротив театра оперы и балета имени Франко (современный Львовский национальный академический театр оперы и балета им. С. Крушельницкой), в общественных туалетах. Нелегально торговали на "барахолке" - стихийном рынке, в разное время располагался за театром оперы и балета ( недалеко от современного рынка "Добробут"), на "рогатке" (ул. Б. Хмельницкого), по ул. Шевченко вблизи с. Рясне.

Одежду и обувь можно было приобрести во время поездок за границу или командировок в крупные обеспеченые дефицитными товарами города, особенно Москву, столицы стран Прибалтики. Его покупали не только для собственных нужд, но и нелегально перепродавали. Часто покупали все, что попадалось под руку. Для получения импортных товаров использовали родственные связи в Польше. Польская одежда, обувь, парфюмерия далеко не соответствовали европейским образцам, но были желанными и доступными. Посетив родственников или знакомых в Польше, всегда можно было приобрести импортную польскую вещь, найти возможность что-то перепродать и подзаработать.

У иностранцев нелегально скупали валюту. ее обменивали на сертификаты, которые перепродавали или на которые покупали в специализированных магазинах дефицитные товары, автомобили, которые тоже перепродавали. Во Львове элитный магазин с импортными товарами находился, например, по ул. Днестровской (современная улица Бортнянского), куда товар привозили из-за границы и продавали за чеки. Иностранные туристы и экскурсоводы жаловались на назойливость спекулянтов и проституток. На улицах Киева, например, проститутки открыто предлагали свои услуги, а работники милиции якобы этого не замечали. Иностранцы с собственным транспортом останавливались на ночь на специальных автостоянках (" паркингах"). Там, несмотря на усиленную охрану, протекала хорошо налажена торговля н обмен импортных товаров на изделия из золота, активно работали скупщики. В конце 70-х - начале 80-х годов значительно увеличилось количество польских туристов, которые в течение 2-3 дней посещали западные области Украины, в частности Львов, в основном с коммерческой целью. Они не продавали привезенный товар в гостиницах и ресторанах, а имели уже сложившийся круг покупателей, которым реализовывали его вместе. Это была хорошо налажена спекулятивная торговля и обмен импортных товаров на изделия из золота. Нелегальная торговля золотом и золотыми изделиями была системной общесоюзного масштаба, ею занимались преимущественно евреи. Несколько таких группировок, занимавшихся торговлей золотом и иностранной валютой, разоблачили в первой половине 60-х годов. К одному из них принадлежали жители Львова, Бреста, Минска и Москвы (15 человек). Ежемесячный доход от нелегальных операций группы составлял 150-250 тыс. руб. на каждого человека.

В 1960-тых х годах советские граждане начали получать материальную помощь от родственников из-за границы. Это были посылки, которые частично компенсировали недостаток качественной одежды и "позволяли приезжим из села одеваться во Львове хорошо, стильно, иметь в гардеробе уникальные вещи". Ненужные в посылках товары сдавали на продажу в комиссионные магазины. Выгодным источником обогащения стала продажа через комиссионные магазины полученных в подарок из-за границы автомобилей. Возник круг людей, которые изготовляли фиктивные документы на куплю-продажу автомобилей в комиссионных магазинах и получали за это от владельцев и покупателей значительные средства. Учитывая это, в правила комиссионной торговли автомобилями внесли изменения. Участились случаи получения наследства в иностранной валюте. Только в 1969 в СССР было оформлено 227 таких дел (на сумму от 40 до 260 тыс. долларов), еще 800 находились в очереди на рассмотрение. Иностранную валюту было невыгодно переводить в советские рубли, ее обменивали на сертификаты, за которые в специальных магазинах покупали товары, иногда в неограниченном количестве. В 1973 житель Львова после смерти брата, гражданина Канады, получил в наследство 21 тыс. канадских долларов, на которые по сертификатам приобрел 9 автомобилей различных марок.