РУССКАЯ УЛИЦА

УКРАИНСКИЕ МЕЩАНЕ - СТАВРОПИГИЯ - ЦЕРКОВНОЕ БРАТСТВО - УСПЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ - КАМЕННЫЕ ДОМА НА РУССКОЙ УЛИЦЕ

Украинские мещане в древнем Львове занимали небольшой участок на Русской улице. Русская улица упоминается по этим названием уже в XV веке. В те времена было здесь всего 14 домов, принадлежавших нашим мещанам. В 1405 году имеем первые имена этих мещан: Емельян, Иван, Реиолуск, Гавриил, Иван Кушнир, Ленов, Гриша, Зань Кушнир, Петр, Кузьма, Васька, Улька, Матвей, Иван Бушкаль. Позже более выдающиеся мещанские роды на Русской улице были Луцкие, Бабичи, Красовские в XVI веке, Билдягы, Добрянски, Стрелковые - в XVII веке, Лясковские - в XVIII веке. Между ними были также греки Лангиши, Алвизы, Изаровичи и другие.

На Русской возле церкви Успения Богородицы находятся дома Ставропигии. Церковное братство при Успенской церкви появилось в XV веке. С 1530-х годов оно развивало все большую деятельность, и в конце 1586 от антиохийского патриарха Иоакима получило подтверждение нового устава и титул Ставропигии. К братству могли принадлежать лица всякого состояния, мещане и мещанки; вписовое (то есть вступительная плата) было 6 грошей и годовая оплата также 6 грошей, но кроме того братия давала на братские цели добровольные пожертвования. Число членов братства в 1586 году было всего 14, затем возросло до 50. В члены вписывались также различные выдающиеся люди и не из Львова: казацкие гетманы Ружинский, Выговский, Тетеря и другие. Кроме украинцев принадлежали к братству и греки, между ними мощный Константин Корнякт.

Львов экскурсии

В течение XVI-XVIII веков братство застроило целый четырехугольник между Русской, Бляхарской и Зацерковной улицами. С древних строений не осталось ничего, на их месте появились новые дома при конце XIX века. Но знаем, что здесь было главное здание братства, здание типографии, две школы и другие пристройки.

В главном доме происходили собрания и совещания братства. В Томино воскресенье (первое после Пасхи) были выборы старшины братства. Оставлявшая полномочия старшина составляла уведомление и отдавала ключи, книги братства, печати и документы. Младшие братья благодарили старших за труд, старшие младших - за помощь и доверие. Перед самым выбором пели «Царю небесный» или «Подаждать утишение».

Выбор делали через аккламацию или большинством голосов через передачу «крысок». После выборов пели «Достойно есть» или «Светись»; порой еще братья шли в церковь и священник правил ектению и благословлял братство. Выбирали четырех старших братьев и четырех столовых. Братьям раздавали различные обязанности, такие как управа церковной казной, надзор за церковью, школой, госпиталем, типографией и т.д.. Братья сходились на совещание еженедельно после утрени или когда их собрали старшие братья. На совет приглашали через братскую «черту», то есть знамено - разносил ее звонарь. Брат, который не появился на призыв, в наказание должен был сидеть в башне под церковью и плавить воск на церковные нужды.

Во время праздников братство организовывало в доме пиры. Праздник Успения, Пасха, Рождество, приезд епископа (или митрополита, или патриарха), появление в братстве выдающихся светских людей давали возможность к «трапезе». Братья принимали гостей у себя, в братстве, или посылали им дары домой. На пиру подавали водку всякого рода, обычную «аквавиту» или наливку, например цинамоновую; закуски (паштет, икру), мясо (телятину, гусей) с различными приправами, квашеной капустой; в постные дни рыбу - щуку, визин (осетрину), дунайские карпы, к тому же белый хлеб, теста, калачи и струцли с сахаром, яйцами, изюмом, цыкатой, шафранами, сладости (мед, имбирь или лимоны в сахаре, канарийський сахар, фиги, груши) в конце вино венгерское, малмазию, петерцимент и т.п.

С 1616 при Ставропигии существовала типография, она помещалась в разных местах, между прочим, в несуществующем ныне доме на Зацерковной улице, напротив костела доминиканцев. В типографии работали как печатники сначала монахи, потом светские, из них известны больше Слезка, Скульский, Дмитрий Кульчицкий, Ставницкий и другие. Ставропигия напечатала за время 1585-1722 годов около 160 тысяч экземпляров различных книг, в том числе 120 000 богослужебных, остальные - грамматики, буквари и другие.

Среди домов братства были также школьные дома. Были тут школы, одна «малая школа», деревянная, облепленная глиной, вторая большая, каменная. Обе были покрытые гонтом, с сильными дверьми, закрываемыми на колодку, на окнах - ставни и с крыши шли желоба, по которым вода сходила к каменного «ринштока». Под школами были большие подвали, где хранили овощи, вино и т.д., и также сдавали в аренду их во время ярмарок купцам на товары. Школы были обведены забором - братство следило, чтобы здесь было чисто, и не раз вывозила отсюда навоз и мусор. О внутреннем порядке школы знаем немного. Были здесь кафельные печи, лавки и столы, на стенах иконы; скамейки братство не раз давало новые, видать, они скоро ломались. При школе была кухня, в которой варили кушанье бурсакам. Братская школа сразу имела широкую программу, братство намеревалось превратить ее в академию. Но этой цели не достигнуто, и школа позже пережила упадок. Школьная наука проводилась тогда два раза в день - рано и после обеда. Утром приходили в школу ученики, что должны были замести школу и зажечь в печах, а потом сидеть у двери и следить за порядком. Учеников было немного, и поэтому не было разделения на классы, в одной комнате сидели и маленькие дети, и старшие «подростки». Лучшие ученики имели право сидеть в первых лавках, слабые сидели дальше. Чтение училось с богослужебных книг, особенно Часослова и Псалтиря, дальше учили также латинского и греческого языков. Гетман Петр Конашевич Сагайдачный часть своего имущества передал в постоянный фонд для содержания учителя греческого языка. Во главе школы стоял ректор, при нем были 2-3 учителя; основ грамоты не раз учил дьяк.

Школа была одновременно бурсой, жили в ней бедные студенты под руководством инструкторов, «педагогов». Братство давало им пищу: в обычные дни борщ, кашу, горох, мазанные солониной, хлеб; по большим праздникам, праздник Успения, в канун поста бурсаки получали также мясо и пиво. Пища была скупая, поэтому юноши ходили по мещанских домах выпрашивать себе еду, за это пели мещанам набожные песни или читали священное писание. На таких «нищих», или «Мендиков» с братской школы не раз нападали польские студенты. Так, например, 1592 ректор польской школы Кристофор со своими учениками побил их тяжело на Армянской улице, что даже дошло до суда. Во время некоторых праздников студенты давали представления. На Рождество ходили с вертепом и колядовали мещанам, на Пасху давали драматические представления т. н. диалоги, - для этого переодевались как актеры и строили сцену. Ставропигия в более новых временах основала музей, развивавшийся благодаря мероприятиям бывшего сеньора, историка Исидора Шараневича. Братство имело когда-то богатую библиотеку. Уже в XVII веке. было в ней около 300 книг. Часть библиотеки осталась в музее.

В ноябре 1918 года в зале заседаний Ставропигии происходили заседания Украинской Национальной Рады, превратившейся в парламент Западно-Украинской Народной Республики. В 1919-1920 годах было здесь бюро Украинского гражданского Комитета.

Русская улица была свидетелем и триумфов, и скорби нашего мещанства. В 1539 праздновали здесь восстановление львовской епархии. Православные горожане несколько лет добивались того, чтобы получить себе епископа, и в конце, после долгих усилий добились своего. Первым епископом стал Макарий Тучапский, львовский мещанин и деятельный член братства. В 1584 накануне Рождества, 3 января, на Успенскую церковь напал латинский архиепископ Соликовский, выгнал из церкви верующих, здесь собравшихся, унизил священника и в конце. запечатал церковь, - таким способом хотел заставить братство согласиться праздновать по нововведенному григорианскому календарю. После долгого процесса православные горожане смогли защититься, и церковь открыли. В 1586 году посетил братство патриарх Иеремия, предоставив ему новые права. Тогда начался живое движение в братстве, реорганизовано школу, типография начала широкомасштабное издательство книг. Но среди братьев начались также споры на религиозном фоне, некоторые братья прониклись лютеранством. Епископ Гедеон Балабан некоторых из них даже проклял и отлучил от церкви. В 1594-1595 годах братство должно вести процесс с магистратом за право дзвонения. В церковь упали пьяные магистратские слуги, тянули священника за бороду и выкрикивали: «Попе-хлоп, рассказывает тебе бургомистр, чтобы ты не смел звонить, вера ваша нечистая! ..» Братство должно идти впереди суд, и процесс выигран. Магистрат непрестанно обращался против горожан с Русской улицы и накладывал на них все новые запреты. Братство оборонялся. Дня 27 августа 1599 в доме Ставропигии состоялось собрание делегатов всех львовских братств. На них решено наложить налог на всех мещан-украинцев и начать процесс с городом, чтобы добыть себе равноправие с другими горожанами.

Все делегаты обязались «во всем единодушно, верно и неотступно до окончания дела стоять, не щадя имуществ, времени и самих себя. А если бы кто то надумал отступить, такого должны презирать как проклятого, и считать его отступником и вредителем церкви и всея общины ». Процесс, который братство начало перед королевским судом, велся с перерывами сто сорок лет! И 1745 украинцы были допущены ко всем городским правительствам, ремёслам и цехам.

Но в то же время Русская улица начала попадать под влияние евреев. В 1738 году король впервые позволил евреям торговать на Русской улице. С каждым годом евреи скреплялись здесь, в конце значительная часть украинских домов перешла в их руки.

Под патронатом братства была церковь Успения Богородицы. Первую весть о ней имеем с 1399. Эта древнейшая церковь при пожаре Львова 1527 года сгорела, братство на развалинах построило новую, но уже 1547 стены начали раздвигаться, и братство должно приступить к основательной перестройке. Новую церковь закончено 1559, строил ее Петр Итальянец с Люгано; значительную помощь братству дал молдавский воевода Александр - в честь его вмуровали таблицу над входной дверью, и с тех пор церковь назывались волошской. Но при пожаре 1571 Успенская церковь снова сгорела. Ставропигия должна приступить к новой постройке. Начато ее 1591 под руководством архитектора-итальянца Павла Римлянина. Церковь строилась сразу из кирпича, но как уже часть стен возвели, то братство изменило свое решение, разобрало кирпич, а на месте него братья поставила стены из тесаного песчаного камня. Дорогое строение протаскивалось долгие годы и по сорока годах было готово 26 января 1631 посвятил ее львовский владыка Иеремия Тисаровский при участии киевского митрополита Петра Могилы и множества гостей. В 1779 от удара грома погорела крыша церкви, обновлено ее только в 1795 году.

Снаружы церковь Успения отмечается величавой стеной, одним из самых монументальных произведений Возрождения во Львове. Четыре пилястры делят стену на три аркады, под карнизами является дорический фриз, на его метопах изображены попеременно розетки и резьбы с эмблемами из литургии и изображениями религиозного содержания. Вход в церковь ведет по лестнице, через узкие двери. На верхней стене в золоченой раме за стеклом - Богородица, нарисована Николаем Петрахновичем с половины XVII века. Передсенок церкви имеет крестовый свод, над ним одна из бань. Главная из неф имеет четыре тосканские столбы, на которых опирается главный купол, с четырьмя окнами снизу и восемью в т. н. фонарне, украшенная розетами. Под ней гербы молдавского воеводы Мирона Бернавского и царя Федора Ивановича, как покровителей церкви, и Жигмонта III. Третья баня есть над апсидой. Стены разделены пилястрами, при них от хора идут галереи.

Церковь Успения до XVIII века была богато украшена рисунками и разнородными предметами церковного культа. С тех украшений в более новых временах пропало много. С древних образов остались: за святым Престолом - Богородица убранная в серебряные ризы, которые делал выдающийся ювелир Григорий Недильский 1692, у боковых алтарей - Богородица и Святой Николай, также в ризах; иконы Пресвятой Богородицы, Иисуса Христа и четырех евангелистов — Иоанна, Марка, Луки и Матвея, над входом в часовню Преображения шестнадцать сцен страстей Христовых... Обращает внимание также большой портрет Константина Корнякта. Успенская церковь была очень богата на церковную утварь. В инвентаре 1637 упоминается 7 евангелий, переплетенных в серебро, 17 крестов, 8 чаш, 12 ламп, 10 крон, 7 венцов - пес серебряное и золоченое. Теперь ценным считается артистически выполненный Андреем Касияновичем серебряный крест 1638 года. Много драгоценных предметов пропало во время различных реквизиций.

Братство православное во Львове заботилось о красоте богослужения. Священников было два или три и диакон. В XVIII веке кроме обычных богослужений, т.е. утрени, большого богослужения и вечернего, отправлялись еще ежедневно отдельные литургии. Службы Божьи были с вечного фонда различных господ мещан и шляхты. В церкви всегда пел хор, составленный из студентов, под руководством дьяка. Дьяки были тогда образованные люди, учили не раз в школах, позже становились попами.

В 1660-1670-тые годы церковные певцы - басисты и дишкантисты - имели свои особые наряды - зеленые кафтаны.

При больших праздниках украшали церковь разными способами. В Лазареву субботу перед Ваий студенты приносили в церковь «багнята», т.е. лозу. В страстную неделю выставляли величавый «Божий гроб». Это было столярное строение, изображающее ангелов, гроб Спасителя, с видами Иерусалима, тремя Мариями, орудием страстей. Гроб украсили разноцветными факелами и лампами. На Троицу украшали церковь зелеными ветвями и пол выстилали травой. На праздник Успения выставляли образ Успения Богородицы с ангелами и др. На Рождество в церкви был вертеп.

При главной церкви Успения во Львове стоит отдельная часовня Трех Святителей, фонда Корнякта, построенная 1590, обновленная 1671 греком Александром Балабаном. Это небольшая церквушка, построенная из тесаного камня, фасад которой разделен на три поля тремя пилястрами, посередине портал, по краям густо покрыты рельефами с мотивами винограда и другими изображениями два окна; фриз с головок и фестонов, над строением - три высокие бане. Внутри часовня уничтожена ремонтом, во время которого покрыто ее стены мрамором.

Башня Успенской церкви, впервые построена на средства купца Давида, члена братства, обрушилась 1570. Новую колокольню построил на ее месте Константин Корнякт 1578; верх ее был уничтожен во время турецкой осады 1672 и пожара 1779 и перестроен. Башня стоит отдельно возле церкви, на квадратной основе. Ее высота с куполом 60,16 метра, с крестом - 65, 84 метра. Построена полностью из тесаного песчаника, разделенная на ярусы, отделенные карнизами, каждый ярус разделен на две аркады. На верхнем ярусе - галереи, шлем закончен башенкой, при нем четыре спиральные пирамидки. Знатоки считают эту башню самой красивой церковной башней во Львове и во всей Западной Украине. С колоколов на Успенской башни самый большой « Кирилл », в диаметре два метра и столько же примерно высотой. Он вылитый 1783 вместо старого «Кирилла» со времен Корнякта, что растаял под ударом грома 1779. Другие старые колокола отобрало австрийское правительство. Древние колокола Успенской церкви определялись хорошим голосом и возбуждали против себя вражду римо-католиков. Особенно соседи, доминиканцы, подавали с жалобы против братства на то, что православные колокола препятствуют им проводить богослужения. В 1595 дошло даже до процесса по этому поводу.

Братство пользовалось башней также как местом наказания для братьев, провинившихся чем-нибудь против братских учреждений. На башне сидел раз даже славный Юрий Рогатинец, скорняк по специальности, человек образованный, видимо, автор «Предостережения», выдающегося полемического произведения. Во время войны башня служила для обороны. В 1648 во время осады Хмельницкого городской совет Львова обсадил башню евреями, чтобы досадить украинцам.

В подземельях церкви Успения были могилы господ церкви и заслуженных братьев. Был обычай, на гробы давать портреты умерших, рисованные на жести; большую сборку таких портретов прятали в музее Ставропигии. Могилы уничтожено камнями с надписями - увы, эти нагробницы пропали без следа. В подземельях похоронен тоже Константина Корнякт и трое молдавских княгинь из рода Тернавских-Могил. Было также кладбище возле церкви.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРОГУЛКИ ЛЬВОВОМ. Иван Крипьякевич