Последние дни июля 1944 стали переломными в дальнейшей истории Львова. С надеждой ждало большинство львовян изгнания немецких оккупантов. С боязнью - прихода большевиков, которые показали, на какие преступления способен тоталитарный режим. И хотя много людей надеялись, что советская власть "изменилась к лучшему", такие иллюзии разделяли не все.

Еще до вступления во Львов Красной армии началась подготовка к восстановлению партийных структур и репрессивных органов. В начале апреля 1944 ЦК КП(б)У возобновил работу Львовского обкома партии и облисполкома. 23 апреля 1944 бюро Львовского обкома КП(б)У приняло постановление о создании трех оперативных групп работников обкома и облисполкома для обеспечения функционирования аппарата власти. К ним вошли 12 начальников районных отделов НКВД.

27 июля 1944 вместе с военными частями во Львов прибыли члены бюро Львовского обкома и горкома партии во главе с Иваном Грушецким, который к началу августа объединял обе должности. Началось создание партийных структур города, в частности четырех районных комитетов партии. Первым секретарем горкома партии стал Михаил Чупис. 15 августа 1944 бюро горкома утвердило персональный состав членов бюро райкомов партии Львова. Железнодорожный райком возглавлял Мелешко, Зинчук - второй секретарь, Новиков - секретарь по кадрам, Павленко глава райисполкома; Шевченковский - Мишко (первый секретарь), Зинченко - второй, Грибенко – секретарь по кадрам, Мороз - глава райисполкома, Азаманов - директор мясокомбината; Сталинский - первый секретарь Максимов, Нестеренко - второй, Бова - секретарь по кадрам, Крижевич - глава райисполкома; Красноармейский – Шереметьев (первый секретарь), Старовойтов - второй, Калениченко - секретарь по кадрам, Лещенко - глава райисполкома, Бойчун - директор трамвайного треста. Одновременно начали создаваться первичные парторганизации, прежде всего в советских органах и силовых структурах. На конец июля 1944 во Львове действовало 56 первичных парторганизаций, к которым принадлежали 712 членов и 207 кандидатов в члены партии. Для подчинения молодежи партийному руководству в городе на март 1945 создали 117 комсомольских организаций, в которых насчитывалось 2376 лиц. Значительную роль в воплощении в жизнь партийных директив отводилось профсоюзам.

Вместе с тем началось ускоренное формирование исполнительных комитетов местных Советов и их отделов. Во многих случаях функции советских органов не только дублировали, а и принимали на себя партийные органы. Советские органы власти и управления не избирались, а формировались и утверждались высшими партийными и советскими структурами. Так 1 августа 1944 по представлению главы Львовского городского Совета депутатов трудящихся Бойко глава облисполкома Козырев утвердил такой состав горисполкома: П. Бойко, М. Чупис, П. Ковене, В. Садовый, Н. Молчанова. В административном отношении город делился на четыре района: Сталинский, Шевченковский, Железнодорожный и Красноармейский со всеми соответствующими исполнительными структурами. Во всех звеньях политической системы - Советах, профсоюзах и общественных организациях - властвовал формализм, а народовластие, в сущности, было фикцией.

Поднятие советского флага над Ратушей

Поднятие флага над Ратушей

С восстановлением советской власти во Львове на все важные руководящие должности назначались прежде всего работники, которые прибыли с восточных областей Украины и других республик. Так, на 1 января 1945 партийная организация Львова насчитывала 2938 человек, из них 1316 являлись служащими (руководители государственных, партийных, общественных, кооперативных учреждений и организаций), 557 лиц - представители внутренних дел и безопасности. По состоянию на 1 июля 1946 городская партийная организация начисляла 8222 члена, из которых преобладали (80,7%) служащие. Коммунисты занимали все важные должности: 252 - руководители и заместители руководителей отделов и секторов областных организаций, 294 - руководители и заместители городских и районных организаций, 354 - заведующие отделами и заместители руководителей отделов и секторов городских и районных организаций. Занимая руководящие должности в административно-командном аппарате, коммунисты четко выполняли приказы высшего партийно-государственного руководства на ускоренную унификацию всех сфер общественной жизни согласно общесоюзным критериям.

Одной из определяющих черт политического жизни Львова была кадровая политика.

Лишь за 10 месяцев после вступления в город Красной армии согласно решению ЦК КП(б)У и разных наркоматов во Львов прислали 6837 человек из восточных областей. Все они заняли руководящие должности: 115 лиц- на партийной работе, 93 - на комсомольской, 1200 - на административно-советской, 1254 - в органах НКВД, НКДБ, суда и прокуратуры, 1989 лиц - в промышленности, связи и на транспорте, 860 - в науке и искусстве, остальные - на общественной и профсоюзной работе. Большинство прибывших - молодые люди, которые впервые оказались на этих должностях. Такой большой приток мигрантов в западный регион, в частности во Львов, в послевоенное время вызвал много проблем, которых решить при условиях тоталитарного режима было невозможно. Это касалось прежде всего знания украинского языка, уважения к культуры местного населения.

По состоянию на 1 января 1945 в советских учреждениях Львова работало 547 лиц, из них почти 83 процента - прибывшие кадры. Относительно национального состава, 275 лиц составляли украинцы, 175 - россияне, 15 - евреи и 82 представителя других национальностей, прежде всего поляки. Среди работников горсовета было 15 украинцев, 8 россиян, 3 еврея и один поляк.

В июле 1946 в аппарате предприятий, учреждений и организаций Львова насчитывалось 6427 человек, из них 1232 были местными. Среди 576 утвержденных горкомом партии номенклатурных функционеров местные жители составляли 21,5%. Так, среди 143 партийных руководителей был только один местный, ПО советских работников - 42, комсомольских - с 24 лишь 10, в силовых структурах с 42 всего 2, руководителей промышленности представляли 7 с 77, а с 180 работников образования, науки и культуры 58 были "захидняками". Украинцы составляли 60,2%, россияне - 33,3%, белорусы - 3%, евреи - 2,4%, поляки - 1,7%.

Совет партактива при участии Никиты Хрущева

На руководящую партийную, советскую, комсомольскую и профсоюзную работу часто направлялись и малограмотные лица, и случайные люди, которые, кроме сталинской школы "руководства", не имели специального образования. Типичным примером такого партийного руководителя был тогдашний секретарь Львовского обкома КП(б)У Иван Грушецкий, который сделал карьеру в конце 1930-тых годов, когда много номенклатурных работников репрессировали. Пройдя путь от комнезаму крестьян через районный уровень, Днепропетровский облисполком и обком партии, Станиславовский, Черновицкий обкомы КП(б)У, он в начале 1944 был назначен секретарем Львовского обкома. Диплом о высшем образовании Грушецкий получил лишь в 1957, когда работал первым секретарем Волынского обкома партии (закончил заочно ВПШ при ЦК КПСС).

В 1946 во Львовском городском комитете партии работало 17,4% ответственных руководителей с начальным и 28% со средним образованием. Однако низкий образовательный и профессиональный уровень не влиял на изменения основных приоритетов кадровой политики тоталитарного режима. Выступая в феврале 1945 на второй городской партийной конференции, начальник львовской милиции Кныш сделал ударение на огромной потребности в кадрах. Однако, заметил он, "никто не давал права руководителям предприятий и учреждений легкомысленно подходить к приему и оформлению на работу новых работников" и еще раз подчеркнул необходимость "усиления борьбы с украинско-немецкими националистами". Руководствуясь такими мотивами, при отборе местных кадров учитывались лишь их социальное происхождение и политическое отношение к советской власти, а не профессиональный и образовательный уровень. В 1945 на руководящие партийные, советские и хозяйственные должности во Львове выдвинули 2135 местных украинцев, в частности в Шевченковском районе для работы в промышленных областях - 123, в советских учреждениях - 20, в области образования и культуры - 19. В аппарате райисполкома работало 25 местных жителей, из которых на руководящую работу выдвинули двоих: Г. Павлика - заместителем председателя райисполкома, С. Фурманец - заведующей отделом социального обеспечения.

Недоверие к местному населению было определяющей чертой сталинской кадровой политики в западных областях Украины. Свыше 30 местных жителей, среди которых известные писатели, ученые, общественные деятели: Ирина Вильде, Филарет Колесса, Семен Стефаник, входили в депутатский корпус СССР и УССР, однако реальной власти и влияния на те или иные события они не имели. По официальными источниками, к середине 1946 на руководящую партийную, советскую и культурно-образовательную работу назначили 53000 местных активистов, но занимали они большей частью низшие ступени власти.

В 1949 во Львовском горисполкоме работало 308 человек, из них лишь 88 местные. Однако меньше всего местных жителей было среди руководителей органов милиции и госбезопасности, судов и прокуратуры. В начале1950 во Львове не значилось никакого местного жителя на руководящей должности в силовых структурах и органах прокуратуры. Сперва одной из официальных задач кадровой политики было выдвижение "местных" на руководящие должности (правда не выше среднего уровня), но это выполнялось формально, а со временем о такой кадровой установке фактически забыли.

Привилегированную группу на руководящих должностях представляли россияне, которые имели большое влияние на формирование сталинской кадровой политики. Это оказалось в тенденции сосредоточения россиян в партаппаратах, возле реальных рычагов власти. Самым большим был процент россиян в парторганах среди инструкторов, среди заведующих отделами, они в большинстве возглавляли отделы административных органов или партийных, комсомольских и профсоюзных организаций, то есть те отделы, которые направляли кадровую политику. Итак, такие и подобные должности не доверили даже целиком москвофицированным украинцам, которые представляли значительную часть тех, кого статистика причисляла к украинскому населению.

На июнь 1953 почти все руководящие должности в партийных и советских органах, учебных заведениях, на предприятиях города были заняты выходцами из восточных областей. Так, с 18 секретарей горкома и райкомов партии города Львова был только один местный. С 28 заведующими отделами горкома и райкомов партии было только три с местного населения. С 38 руководителей административных органов не было никакого местного, с 130 директоров предприятий -только 10 лиц из числа местных, из 70 голов артелей местных работников - только 20.

Кадровая политика сталинского режима в западном регионе, как и в предыдущие года, опиралась на своих проверенных людей с восточных районов Украины и из других республик, она играла важную роль и в советской оккупации Львова. Руководители разных уровней, которые прибыли с востока, часто мало осведомленные с местными особенностями, делали серьезные ошибки и просчеты, злоупотребляли администрированием, которое вело к нарушению законов и прав человека, предубежденно относились к местным кадрам, искусственно разграничивали украинцев на "своих" и "местных".

из Истории Львова. Том третий. Издательство Центр Европы. 2006 год