Батальйон Нахтигаль

Хотя осенью 1939 Германия и Советский Союз заключили ряд соглашений о ненападении и дружбе, обе стороны целеустремленно готовились к войне. Уже в декабре 1940 Гитлер утвердил план нападения, который утверждал в ходе короткой кампании 1941 разгромить Красную армию и оккупировать территорию "союзника" до Волги.

Экскурсии Львов

Затем, до середины июня на галльской границе было сосредоточено три могущественные группировки силой 5,500,000 солдат и офицеров, 47,000 пушек, 4,300 танков и 5000 самолетов. Важное место в агрессивных планах Берлина занимала Украина. На нее нацелена группа армий "Юг" (55 дивизий и 13 бригад) генерал-фельдмаршала Герта фон Рундштедта, которая наносила удар на Львов-Киев-Донбасс.

Не менее активно готовился к войне Сталин. Красная армия имела 9,600,000 солдат и командиров, близко 23,000 танков и 25,000 самолетов. На западной границе Украины сконцентрировано 58 дивизий, из них 16 танковых. Непосредственно Львов прикрывали дивизии 6-й армии генерал-лейтенанта Музыченка и 4-й механизированный корпус генерал-майора Андрея Власова, будущего героя обороны Киева и Москвы, со временем командующего Российской Освободительной Армией в составе вермахта. В общем, советские войска украинского направления значительно преобладали противника, но за боеспособностью уступали немецким.

На рассвете 22 июня 1941 тысячи немецких пушек направили огонь на пограничные гарнизоны и районы размещения частей Красной армии, а самолеты Люфтваффе осуществили массовые налеты на Львов и другие города. Преодолев сопротивление пограничников Сокаля, Равы-Русской, Перемишля и войск Музиченка и Власова, немецкие дивизии 17-й армии генерала пехоты Карла фон Штюльпнагеля 29 июня подошли ко Львову и начали обходить его с севера, угрожая окружением. Областные и городские партийное и государственное учреждения, органы НКВД, дислоцированные в городе части противовоздушной обороны спешно эвакуировались.

Население Львова по-разному относилось к нападению Германии. Большинство украинцев надеялись, что будет положен конец большевистскому политическому террору. Итак, подпольные боевые группы ОУН разворачивали активную деятельность: нападали на военные объекты, тюрьмы, советских военных. Штабы 4-й дивизии ПВО и 13-й дивизии конвойных войск НКВД с обеспокоенностью докладывали Киеву и Москве, что с 24 июня в городе длится беспрерывная стрельба. Донимающий огонь ведется в районах Лычакова, Высокого замка, кафедрального собора, церкви Петра и Павла, трамвайного парка, пивоваренного и газового заводов. Подразделения НКВД вынуждены постоянно вступать в вооруженные стычки с боевиками ОУН и диверсантами. С боязнью воспринимали приближение немцев поляки и евреи, особенно беженцы из оккупированных районов Польши. Заметим, что среди жителей Львова к лету 1941 было 156,000 поляков, 52000 украинцев и 160,000 евреев.

В те дни самой важной проблемой органов НКВД были узники львовских тюрем: 3638 - на улице Лонцкого (тюрьма № 1), 801 - на Замарстыновской (№ 2), 706 в Бригидках (№ 4), вобщем 5145 человек. 23 июня нарком Лаврентий Берия приказал немедленно эвакуировать их на восток. В связи с отсутствием необходимого транспорта и приближением фронта прибывшие из Киева заместители наркомов Строкач (НКВД) и Ткаченко (НКГБ) эвакуацию отменили и по согласию Москвы приказали криминальных преступников освободить, а остальных расстрелять.

Затем, 24-25 июня силами администрации тюрем, подразделений 233-го конвойного полка и пограничников развернулись массовые расстрелы заключенных. Каратели спешили: уже в первый день начальник тюремного управления УНКВД области лейтенант госбезопасности Лерман докладывал: "Для быстрейшей разгрузки тюрем Львовской области от контрреволюционного, уголовно-политического элемента... начато выполнения в таких тюрьмах:

Тюрьма № 1: подлежало расстрелу - 1355, расстреляно - 924

Тюрьма № 2: 471 / 471

Тюрьма № 4: 413 / 413

Всего: 2239/1808

Продолжаем работу в тюрьме № 1: для которой мобилизованные все необходимые силы, чтобы завершить сегодня эту работу".

Кровавой расправе энкаведистов над узниками старались воспрепятствовать боевики ОУН. В ночь на 24 июня они обстреляли тюрьму на Лонцкого. Воспользовавшись бегством охраны, около 300 заключенных вырвались на волю. Но вскоре энкаведисты вернулись и огнем пулеметов загнали остальных людей в камеры, при этом двадцать узников убили. На следующий день остальные боевики осуществили безуспешные нападения на Бригидки и Замарстиновскую тюрьму. Вечером 26 июня командир 13-й конвойной дивизии полковник Завьялов доложил наркому Василию Сергиенко, а начальник тюремного управления НКВД УССР Андрею Филипов в Москву, что задача выполнена, и в львовских тюрьмах перед отступлением расстреляно и закопано в подвалах 2464 заключенных. 

Утром 30 июня 1941, опередив немцев, во Львов вступили воины украинского добровольческого батальона "Нахтигаль", образованного весной по инициативе ОУН бандеровского крыла. По согласию вермахта его фактическим командиром был 34-летний уроженец Краковца на Яворовщине, воспитанник Львовской политехники, активный деятель молодежного движения в крае Роман Шухевич. После военной подготовки украинский легион с частями Первой горной дивизии 22 июня перешел границу и продвигался к Львову. Игнорируя предостережения немцев, Шухевич утром повел дружинников в город и прежде всего прибыл к резиденции митрополита Андрея Шептицкого, который с балкона высказал благословение украинским воинам. Украинское население Львова поздравляло бойцов подразделения, помогало ему брать под контроль важные объекты города.

Бойцы "Нахтигаля" стали первыми свидетелями грубых преступлений НКВД в тюрьмах.

Тысячи жителей Львова и окружающих местностей бросились к открытым немцами тюрем, разыскивая своих близких. Среди жертв масакры на Лонцкого был брат Романа Шухевича Юрий. Немцы сначала позволяли забирать трупы для погребений. Позже создали специальные команды с около тысячи евреев и, боясь инфекций, погребали убитых без идентификации.

Большевистские преступления нацисты использовали для антисоветской и антиеврейской пропаганды. Командующий Айнзатцгруппы "Ц" которая прибыла во Львов 1 июля, бригаденфюрер (генерал-майор) Отто Раш в выступлении перед своими эсэсовцами и толпой львовян обвинил в кровавой масакре НКВД именно евреев и обещал их сурово подвергнуть наказанию. Как и вся нацистская пропаганда, он отождествлял евреев со сталинским режимом, что спровоцировало еврейские погромы во Львове, в которых принимала участие определенная часть поляков и украинцев, подонков из числа деклассированных элементов. Решающую роль в прекращении погромов играли обращение митрополита Андрея Шептицкого и решительные действия украинской милиции и прибывшего в город 49-го армейского корпуса вермахта.

Энкаведистский террор в львовских тюрьмах в течение длительного времени освещала немецкая и украинская печать. К местам расстрелов приглашались представители средств массовой информации, международного Красного Креста из нейтральных стран Швеции, Швейцарии, Португалии, США... Пропаганда не без успеха изображала немецкую армию как освободительницу украинского народа от кровавого сталинского режима. Значительная часть украинских жителей Львова в те дни довольно благосклонно относилась к немецкой армии и обнадеживающе воспринимала первые официальные заявления новой власти. В одной из них подчеркивалось: "Ужасные годы терпения и угнетения бессмысленным самовольным режимом варшавской правящей клики и жестокое господство насилия Советов уже для Вас миновали... Воины Адольфа Гитлера освободили Вас из-под системы мора, террора и культурного позора..., эти времена страха никогда уже не вернутся".

из Истории Львова. Том трейти. Издательство Центр Европы. 2006 год

Батальйон Нахтигаль вступает во Львов