Русский Лев

Первая половина XIX века вошла в историю Львова не только как время деятельности подпольных групп сторонников польской независимости, но и как эпоха украинского национального возрождения. В сложных условиях полицейско-бюрократического режима, представленного правительством князя Клеменса фон Меттерниха, который, проводя централизаторскую внутреннюю политику, осуществлял курс на нивелирование национальных особенностей и ассимиляцию подвластных Австрии народов. В Галиции под влиянием философских и политических идей Запада, по примеру и, во взаимодействии с польским и другими славянскими национально-освободительными движениями, а также благодаря все более выразительным признакам национального возрождения в Приднепровской Украине постепенно зарождается украинское национальное движение. Главными центрами стали Львовская генеральная греко-католическая духовная семинария и университет, вокруг которых собиралось немало высокообразованных людей украинского происхождения.

На начальном этапе первой стадии национального движения ("собрание историко-культурного наследия") его представляли отдельные представители греко-католического духовенства, деятельность которых нередко, особенно в 1810-20-тых годах, имела черты национального Просвещения. Первые попытки национального самоопределения украинцев можно увидеть в стараниях Львовского епископа Льва Шептицкого в 1770-тых, который пытался убедить австрийские правительственные круги в том, что украинцы – это совершенно отдельный народ и должны иметь равные права с польской нацией, усиливая свою аргументацию также политическими мотивами - возможностью завоевать симпатии украинцев в составе соседней "Российской империи", в его мероприятиях по учреждению епархиальной духовной семинарии во Львове, а затем в интенсивной работе кружка украинских профессоров, сформировавшийся вокруг Львовской генеральной духовной семинарии и так называемого Русского института (Studium Ruthenum), существовавшего при Львовском университете в 1787-1809 годах.

Особенно выделялся Петр Лодий, профессор философии Львовского университета (1787-1802), который в 1790 опубликовал в своем переводе с латинского на тогдашний украинский язык труд немецкого философа-вольфианця X. Баумастера "Установки нравоучительной философии", выражая в предисловии к книге и в некоторых панегириках похвалу австрийским императорам - представителям просвещенного абсолютизма, отдельным представителям высшего духовенства за их содействие развитию образования, создание уже упомянутого Русского института с преподаванием в нем тогдашней литературным украинским языком Львов экскурсии. С этим были связаны надежды на распространение среди украинцев знаний, научного понимания явлений мира.

В 1810-20-тых многогранную патриотическую деятельность развивали во Львове выдающиеся представители национального Просвещения Иван Лавривский, Модест Гриневецкий, Михаил Гарасевич, Варлаам Компаневич.

Профессор Львовского университета, лицея и семинарии, а затем Перемышльского богословского лицея и дьяко-учительского института Иван Лавривский, сторонник просвещения народа, в отличие от других профессоров- украинцев, читал свои лекции на украинском языке и по собственной инициативе преподавал студентам "русскую грамматику", над написанием которой работал с 1815 года, составил шеститомный польско-украинский словарь, издал "Букварь" для приходских школ (1838), подготовил в собственной переработке с немецкого учебник методики для учителей народных школ (1837), работал над подготовкой популярной истории Руси, перевел на польский язык "летопись Нестора", собрал и передал для общего пользования ценную библиотеку.

Другой профессор Львовского университета, Михаил Гриневецкий, исследовал ареал распространения украинского языка, доказывая, что на нем говорит население не только на Поднепровье, но и в Галичине и Закарпатье, изучал историю родного края, собирал первопечатные издания и другие памятники старины. Ценную работу по истории украинской Церкви подготовил профессор университета и выдающийся церковный деятель Михаил Гарасевич. Она дала историческое обоснование восстановления Галицкой митрополии во Львове (1808). Историк-краевед Варлаам Компаневич составлял сводные летописи львовских монастырей, участвовал в переводе "Хроника города Львова" Бартоломея Зиморовича (1835), выступал в печати со статьями о старинных памятниках Галичины.

Немалый резонанс имела активная деятельность галицкого митрополита Михаила Левицкого совместно с перемишльским каноником Иваном Могильницким в деле внедрения в народных школах Восточной Галичины преподавания на украинском языке, которое увенчалось появлением соответствующего правительственного декрета (1818). Одним из его последствий стала подготовка Иваном Могильницким "Грамматики языка славяно-русского" (1823) и научной работы "Ведомость о русском языке", которая подавала короткий, но содержательный очерк истории Украины и ее неотъемлемой части - Восточной Галиции и, опровергая ложные в тот период представления об украинском народе и его языке (народ как ответвление "российского" или польского народов, а язык как диалект одного из этих языков), аргументировано определила его как один в реально существующих восточнославянских народов с собственным языком, распространение на всех (западных и восточных) украинских землях, и древней государственнической традиции достигает времен Киевской Руси.

Большое значение приобрела научная деятельность первого во Львове украинского профессионального историка Дениса Зубрицкого. В своих трудах он на основании исследования архивных источников дал обстоятельное изложение важнейших вопросов средневековой истории западноукраинских земель. Сами труды ученого: "Историческое исследование о русско-славянские типографии" (1836), "Очерк по истории русского народа в Галиции" (1837), "Критико-историческая повесть временных лет Галицкой или Красной Руси" (1845), "Летопись Львовского Ставропигийского братства, составленная по древним документам "(1849-1850). Особую известность получила его "Хроника города Львова" (1844), в то время обстоятельный исторический труд о старинном украинском городе, построена на материалах упорядоченного им же Львовского муниципального архива. Богатые исходным материалом, научные труды Дениса Зубрицкого способствовали распространению исторических знаний, возрождению исторической памяти галичан.

Таким образом, начальный этап национального движения показал значительную активность представителей тогдашней образованной сословию по реализации его научных и культурно-языковых заданий: подъем просвещения народа, отстаивание основы школьного обучения на родном языке, создание грамматики и составление словаря украинского языка, интерес историческим прошлым.

Важнейшим достижением того этапа национального движения стало научное обоснование обособленности украинского народа с его собственным языком и его этнического, языкового и культурного единства на всех просторах украинской земли, утверждения древних традиций его собственной государственности и политической независимости, прерванной только иностранными завоеваниями, а, следовательно, - доказательство "исторического права" украинского народа на самостоятельное существование и культурное развитие. Это и стало научно-теоретической основой утверждения национального сознания нового поколения участников и идеологов национального движения.

На втором этапе первой стадии (1830-1840-тых) роль Львова как центра национального движения возрастает. Расширяется круг участников, среди которых наряду с представителями науки и высших школ, преимущественно духовного, а нередко и благородного происхождения, появляются представители творческой интеллигенции, студенческой молодежи, низшего духовенства, удостоверяющий демократизацию социального обличия движения. Демократизируется и идеология движения, в которой все больше места стала занимать ориентация на народные массы.

Национальное движение захватывает новые сферы духовной жизни. Сбор, изучение и публикация историко-культурного наследия и исследование языка дополняются высокопатриотическим литературным творчеством, издательской деятельностью, публицистской, борьбой за утверждение литературного языка на народоязычной основе внедрения в школьные учебники, в повседневном обиходе интеллигенции, в церковных проповедях и тому подобное. И это все происходит под знаком четкого осознания единства украинского народа, разделенного пополам государственной границей, древних традиций его собственной государственности и независимости, жажды к восстановлению суверенных прав украинской нации. Представительницей новых веяний в национальном движении этих лет стала "Русская Троица" - общественно-культурная группировка демократического направления, состоявшая из воспитанников львовской греко-католической семинарии и студентов Университета Львова в 1830-тых. Возглавили его Маркиян Шашкевич (1811-1843), Яков Головацкий (1814-1888) и Иван Вагилевич (1811-1866).

Направление деятельности "Русской Троицы" определялось новыми, доминантными тогда в духовной жизни народов Восточной Европы идеями романтизма, которые, по определению Чижевского, нацеливали подвижников национального возрождения на усиление интереса к историческому прошлому народа и уважения его недооцененных страниц, углубление внимания к национальной особенности, что заставляло обратить взгляд на старину, на народный язык и поэзию и быт народа и на этой основе создавать народную литературу. А все это вместе в конечном итоге способствовало развитию украиноведческих исследований во всех отраслях, стало фактором формирования национального сознания и составной частью украинского национального движения и становления новой украинской литературы в крае и налаживание ее связей с мировой литературой.

В соответствии с основополагающими основами романтизма, определяющей роли духовного фактора в консолидации и обеспечении жизнедеятельности нации, деятели "Русской Троицы" считали труд на поприще культуры главной предпосылкой не только культурного, но и политического возрождения родного народа. Овладение всем богатством национально-культурного наследия, которое поможет молодому поколению осознать свое призвание, и заботливое воспитание ростков новой литературы - изрек основатель "Русской Троицы" Маркиян Шашкевич - будет залогом национального возрождения - "станет песнь большая, долгая, бесконечная, что всем миром загудит, сильно разгласит славу ушедших и нынешних лет всего народа"; благодаря этому украинцы станут вровень с другими славянскими народами и, как они, "побратаются с полным ясным солнцем "- другими словами, получат полную национальную свободу.

Чтобы приблизить то время, он и его товарищи посвятили всю свою многогранную и пионерскую деятельность - исследовательской, собирательской, издательской и публицистической - в области большого комплекса гуманитарных дисциплин: фольклористики, языкознания, памятниковедения, источниковедения, археографии, историографии, народоведения, литературоведения, журналистики, педагогики; свою литературно-художественное и переводческое творчество, а также труд на ниве обмена духовными достижениями с Приднепровской Украины и славянским миром.

Следствием впервой организованной "Русской Троицей" широкой целенаправленной этнографически фольклорной деятельности стали народоведческие труды "Путешествие по Галичской и Угорской Руси" (1841 года) и "Великая Хорватия или Галичо-Карпатская Русь" (1841) Якова Головацкого, статьи "Лемки - обитатели западного Прикарпатья" (сохранилось в рукописях), "Бойки - русско-славянский люд в Галичине" (1841) и "Гуцулы - обитатели восточного Прикарпатья" (годы 1838 - 1844) Ивана Вагилевича, ценные записи устного украинского народного творчества, которые входят в разные фольклористические издания, в один из томов четырехтомного сборника "Народные песни Галицкой и Угорской Руси" Якова Головацкого (1878 года) - одного из самых значимых явлений украинской фольклористики XIX века.

Языковедческий интерес "Русской Троицы" нашли свое выражение в работе Маркиана Шашкевича, Якова Головацкого и Ивана Вагилевича над созданием грамматики и словаря живого украинского языка. Фрагменты грамматических заметок Маркиана Шашкевича остались в рукописях. В свет вышли "Грамматики" Ивана Вагилевича (Львов, 1845) и Яков Головацкий (Львов, 1849 год). Их дополнили такие научные труды как "Статьи о юго-русском языке" Ивана Вагилевича (написанные перед 1843 года) и "Исследования в южнорусском (Малороссийском) языке и его наречьях" Якова Головацкого (в 1849 году). Новаторством обозначились их выступления за утверждение народной литературы на базе живого разговорного украинского языка и создания на этом языке учебников для школы ("Чтение" Маркиана Шашкевича с участием Юлиана Величковского, заключено 1836, изданная во Львове 1850 и 1853 годах); реформа в правописании (замена этимологического письма фонетическим), использование "гражданского" вместо кириллического шрифта, внедрение родного языка в повседневном потреблении интеллигенции и в церковные проповеди Львовских храмах; переводы на живой народный язык литературных трудов с церковнославянского, польского, московского (владимиро-суздальского), чешского, греческого и немецкого языков и сербских народных песен (Маркиян Шашкевич, Яков Головацкий), наконец, выступления против попытки латинизировать украинскую письменность (брошюра "Азбука и abecadlo" Маркиана Шашкевича, Перемышль, 1836).

Писатели "Русской Троицы" своим воодушевленным творчеством дали начало новой, народной литературе в тогдашней Галиции и на западных украинских землях в целом. Маркиян Шашкевич считал, что новая литература – это наиболее действенная и доступная часть культуры, которая должна отстаивать самобытность украинского народа, познавать этот народ и быть первоисточником его познания, вести образование среди него, влиять на моральное и патриотическое воспитание украинцев, то есть должна непосредственно влечь создание национальной общности. Самой существенной чертой новой литературы галицкой романтики считали народность, которая подразумевалась как национальная особенность. Развитие украинской литературы на народной основе, на их взгляд, обеспечивала романтическая фольклористика. Отсюда и такое их внимание к фольклору как основе литературы и примера народности. В произведениях Русской Троицы впервые в украинской литературе прозвучали искренняя забота о народе ("Пролог к народным русским песням" написанная Иваном Вагилевичем), впервые сделаны социальные ударения ("Положение русинов в Галичине" Яков Головацкий, "Елена", Маркиана Шашкевича), гражданские мотивы ("Слово к почитателям русского языка", "Отбрось камень" Маркиана Шашкевича). Неотъемлемой чертой, а также критерием признания общественной значимости явлений новой литературы считалась неповторимая творческая индивидуальность их создателей. Это характерно было для поэзии Маркияна Шашкевича, в частности. В его поэтическом творчестве – историческая поэзия ("Упоминание", "О Наливайке", " Осада Львова Хмельницким", "Болеслав Кривоустый под Галичем, года 1139"), гражданская интимная лирика, баллады ("Погоня"), первые в украинской литературе сонеты ("Сумрак вечерний"). Жемчужиной лирической поэзии Шашкевича стала его "Весновка".

В духе принципов романтизма "Русская Троица" придавала большое значение исследованию, популяризации, научного и художественного воспроизведения исторического прошлого народа, считая, что за наукой стоит будущее. Особое внимание ее деятели обращали на старые традиции политической жизни, прежде времен Киевской Руси и Галицкого-Волынского Государства и Казацкой республики. В своих научных работах и литературных произведениях они писали с гордостью о государственном могуществе и славе Киевской Руси, ценили высоко памятники его культуры ("Слово о полку Игореве", "Правда Русская", "Повесть временных лет", "Поучение детям Владимира Мономаха"). Обследуя архивные собрания, Иван Вагилевич и Якуб Головацкий открыли ценные памятники древнеукраинского законодательства для науки - Кормчей книги XII, XIII и XIV веков уставам Владимира Великого Крестителя и Ярослава Мудрого и множества актовых источников: писем, грамот и так далее... Выдающимся достижением украинской археографии стали перевод Иваном Вагилевичем (в 1840 году) на польский язык и издание совместно с Августом Бельовским "Летописи Нестора" с приложениями "Послание Владимира Мономаха князю Олегу Святославовичу" и "Поучение детям Владимира Мономаха" (написано в 1864).

Яков Головацкий был автором первого в Галичине биографического очерка о Несторе-летописце (1848). Маркиян Семенович Шашкевич и Иван Николаевич Вагилевич перевели на украинский язык впервые "Слово о полку Игореве", Яков Головацкий первым из галичан опубликовал научное исследование об этой давнерусской поэме (год 1853). Он же издал первую в Галиции "Хрестоматию церковно-славянскую и древнерусскую" (1854). Усиленный интерес вызвало у членов "Русской Троицы" государственную жизнь в период Галицкого и Галицко-Волынского княжества XII-XIV веков. С большим пиететом высказывались они о внутренней и внешней политике и военные победы князей Ярослава Осмомысла, Романа и Данила, поэтизировали героическую борьбу галичан против иностранных завоевателей ("Болеслав Кривоустый под Галичем, года 1139" Маркиана Шашкевича, "Мадей" Ивана Вагилевича).

Предметом пристального внимания для членов "Русской Троицы" являлось казачество и Запорожская Сечь как форма традиционной государственной жизни, символ свободы и национально-освободительной борьбы. Важнейшей эпохой истории Украины они считали времена освободительной войны под предводительством казацкого гетмана Богдана Хмельницкого, когда во время освободительного похода гетмана на западноукраинские земли "казацкая воля разлилась, как широкий Дунай, на всю Червенскую Русь" и "засияла заря свободы на галицком небосклоне", а Галичина и Волынь вместе с другими "казацкими провинциями" имели перспективу войти в состав освобожденной независимой Украины (Яков Головацкий). Маркиян Шашкевич, для которого память об этих победоносных походах была священной, свое уважительное отношение к гетману показал неоднократно обращаясь в своем литературном творчестве к его образу (жизнеописание гетмана в альманахе "Заря", поэма "Хмельницкого осаждение Львова", перевод из латинского языка повести Богдана Хмельницкого). Яков Головацкий подготовил к печатному изданию расшифрованный и отредактированный совместно с Маркианом Шашкевичем "Львовская летопись" - важный источник в истории казачества, в томе Хмельниччины, и намеревался опубликовать его с собственным предисловием с помощью Тараса Шевченка, Пантелеймона Кулиша, Михайла Максимовича и Платона Лукашевича, позже в третьем выпуске "Венка русинам на обжинки", и в результате с их копии он вошел в научное обращение благодаря публикациям Казимира Вуйцицкого (1835) и Антона Петрушевича (1867). Воспроизводимые в научных и литературных произведениях "Русской Троицы" героические страницы истории, их государственные акценты звучали как убедительный аргумент в пользу непрерывности национального бытия, возможности национального возрождения и утверждения суверенитета нации. Напоминая украинцам о собственной государственной традиции, деятели "Русской Троицы" по мнению некоторых ученых, должны были пробуждать в них стремление завоевать себе собственное государство. Национально-патриотические мотивы своё концентрированное выражение нашли в альманахах "Руской Троицы". Особенно этим выделялась подготовленная к печати рукопись "Зари" (1834), которую открывал портрет Богдана-Зиновия Хмельницкого. Среди иных материалов в него вошли жизнеописание гетмана, стихотворение Шашкевича "Хмельницкого осаждения Львова" и неполный перевод его с латинского известной басни Богдана Хмельницкого, в морализирующей части которой результат мирных переговоров с послами короля Яна Казимира в 1655 году поставлен в зависимость от отказа польской шляхты от претензий на украинские земли и готовности короля вернуть под власть гетмана "всю Русь до Владимира, и Львова, и Ярослава, и Перемышля".

Альманах Русалка Днестрова

Были здесь стихи Шашкевича "О Наливайко", "Болеслав Кривоустый под Галичем, года 1139", рассказы на опришковскую тему "Елена", стихотворения Ивана Николаевича Вагилевича и Якова Федоровича Головацкого, циклы народных баллад и песен... Сборник, всем содержанием осуждал режим благородного произвола и иностранного порабощения, превозносила освободительную борьбу народа и народных героев, показывал единство галичан со всем украинским народом, - однако, было, отклонено цензурой. По таким же мотивами, хоть и в немного приглушенном звучании (из-за цензурных соображений), в сочетании с мотивами межславянской взаимности был насквозь пронизан альманах "Русалка Днестровая", которая выдала "Русская Троица", в обход львовской цензуры, в венгерском городе Буда (года 1837). В книгу вошли украинские народные песни (о Морозенко, Коновченко, Довбуше, о взятии казаками крепости Варна в XVI веке, Казнь гайдамаков в селе Пятигоры 1768, Свадебные, веснянки, колядки) с предисловием Вагилевича, произведения Шашкевича, Ивана Вагилевича и Якова Головацкого, переводы многих сербских народных песен с отрывками из "Краледворской рукописи" Вацлава Ганки, аннотированный указатель древних рукописей библиотеки Онуфриевского Василианского монастыря во Львове, украинская грамота 1424 - память "Памятка деловой речи начале XV века", рецензия Шашкевича на фольклорный сборник Лозинского "Русская свадьба", как своеобразная форма защиты украинской литературы от попыток его латинизации. Девизом книги стали слова Яна Коллара "Не тогда, когда глаза грустные, но когда руки деятельны, расцветает надежда".

В "Предисловии" Шашкевич расценил альманах как явление общеукраинского национально-культурного возрождения, приветствовал почин Приднепровской Украины относительного развития новой литературы, призывал галицких деятелей поддержать, обогатить и развивать ее, пока она не приобретет полноценного развития.

Своим содержанием, навязыванием к традициям собственной государственности и независимости, возвеличиванием освободительной борьбы, поэтизации народных героев, подвигов казачества, участников гайдамаков книга выражала непокорный дух украинского народа. Она показала осознание неправомерного расчленения украинской территории, живучесть памяти о прошлом величии и могуществе украинства и принесенные жертвы в борьбе за свою свободу, жажда патриотических сил к восстановлению суверенных его прав и готовность работать для своего возрождения, наладив сотрудничество с другими славянскими народами на основе межславянской взаимности....

Составители альманаха отказались от устаревшего книжного языка, устаревшей историко-этимологической орфографической системы и кириллического шрифта, заменив их живым народным языком, новомодным фонетическим правописанием и "гражданским" шрифтом. По словам Ивана Франко, сборник был "в свою эпоху событием насквозь революционным".

Выход альманаха "Русалка Днестровская" стал выдающимся событием украинского национального возрождения, начал новую литературу на западноукраинских землях.

Его благосклонно встретили единомышленники "Русской Троицы" (например, Иван Головацкий, Николай Верещинский, Николай Устиянович, Михаил Козанович), выдающиеся национально-культурные деятели Приднепровской Украине (Осип Бодянский, Николай Костомаров, Платон Лукашевич, Михаил Максимович, Измаил Срезневский, Тарас Шевченко), представители польской, чешской, словацкой, сербской и хорватской общественности.

Однако появление альманаха враждебно встретил тогдашний истеблишмент, и на книгу был наложен цензурный запрет. Сразу после ее выхода разошлась лишь небольшая часть тиража (около 200 экземпляров). Остальные (600 экземпляров) хранялись во львовской цензуре до 1848 года и была пущена в обращение после ходатайство Головацкого в 1849. Издатели альманаха попали под надзор полиции, подвергаясь преследованиям.

Венок Русинам на Обжинки

И, несмотря на запреты цензоров, "Русалка Днестровая" вместе с "Кобзарем" Тараса Шевченко стала духовной направляющей национально-патриотических сил западно-украинских земель на длительную перспективу. А тем временем традиции запрещенных цензурой "Русалки Днестровской" и "Зари" продолжили упорядоченный братьями Головацкими литературный альманах "Венок русинам на обжинки" (издан в Вене, 1845-1847, том 1-2), который, поместил поэтические произведения Шашкевича, Головацкого, Вагилевича, Николая Устияновича, Антона Могильницкого, статьи Якова Головацкого "Памяти Маркиану Шашкевичу" и "Великая Хорватия", ряд этнографических очерков и фольклорных материалов и переводы на украинский сербских народных песен, донес к читателям, хоть и с опозданием, главные идеи "Русской Троицы" и, таким образом, сыграл значительную роль в национальной жизни Галичины.

Идеи и деятельность "Русской Троицы" вызвали большой общественный резонанс в Галичине и за ее пределами. Они вдохновляли на самоотверженный труд на ниве Военные возрождения не одно поколение общественно-культурных деятелей, имели стимулирующее влияние на творчество многих украинских писателей-романтиков (Антона Могильницкого, Николая Устияновича, Григория Боднара, Ивана Гушалевича, Луки Данкевича, Михаила Козановича, Антона Лужецкого, Рудольфа Моха, Юрия Федьковича, Владимира Шашкевича, Ксенофонта Климковича, Федора Заревича, Евгения Згарская, Сидора Воробкевича, Осы па Шухевича и др..).

Август Бельовский

В своем творчестве деятели "Русской Троицы" опирались на поддержку национально-патриотических сил Приднепровской Украине (Осипа Бодянского, Михаила Максимовича, Измаила Срезневского). Вместе они начали традицию плодотворных международных, прежде межславянских, взаимоотношений, наладив личные связи и творческое сотрудничество с деятелями национальных движений и культур: поляками Августом Бельовским, Юзефом Борковским, Вацлавом Залесским, Игнацем Мацейовским, Жеготой Паули, Луцианом Семенским, чехами и словаками Яном Колларом, Павелом Шафариком, Яном Коубком, Карлом Гавличком-Боровским, Франтишеком Яхимом, Кириллом Кампеликом, Йосефом Подлипским, сербами Георгием Петровичем и Теодором Павловичем, хорватом Франко Курелацем, российским славистом Михаилом Погодиным.

Благодаря этим взаимоотношениям их труды и произведения, которые наталкивались на цензурные ножницы в Галичине, издавались в Буде, Праге, Петербурге, Варшаве, Лейпциге, Штутгарте, Москве. Итогом патриотической деятельности "Русской Троицы" стало формальное определение программных основ украинского народного движения в публицистической статье Якова Головацкого (псевдоним: Гавриил Русин) "Положение русинов в Галиции" ("Ежегодник по славянской литературе, искусства и науки", Лейпциг, 1846 ), которые предусматривали обеспечение правительством политических условий национальной самостоятельности украинцев и повышения их до уровня других национально возрождающихся народов Австрийской монархии в духе австрославистской федералистической доктрины чеха Карла Гавличка-Боровского за счет освобождения народных масс, особенно крестьянства, от притеснений ростовщиков, помещиков и чиновников - прежде всего отменив барщину или заменяя ее денежным вознаграждением; подъем среднего класса; подъем промышленности, торговли, культуры и правопорядка из-за распространения на родном языке общеполезных знаний; внедрения и исследования украинского языка в высших школах для подготовки кадров интеллигенции, способных работать в украиноязычной среде, развитие национальной литературы, основание украинских журналов, культивирования исторических традиций.

Автор статьи предполагал, что, способствуя подъему украинства, Австрия может завоевать симпатии к своей национальной политике и среди украинцев и в составе Московии, а значит, влиять на них. Статья Головацкого, которую Иван Франко назвал смелым произведением галицкой публицистики до 1848, вызвала, несмотря на цензурные запреты, большой резонанс среди украинской общественности. Ее с одобрением встретили сторонники идей "Русской Троицы" Иван Головацкий, Иван Левицкий, Антон Могильницкий, Рудольф Мох, Николай Устиянович, многочисленные воспитанники Львовской духовной семинарии, которые переписывали статью и распространяли в провинции. Она сыграла важную роль в мобилизации общественного мнения в Галичине вокруг важнейших проблем действительности накануне периода "Весны народов".

Широкий резонанс статьи Головацкого по деятельности "Русской Троицы" вообще, показал восприятие её идей немалым кругом современников. Один из них - Степан Качала, в 1837-1842 семинарист и студент Львовского университета, очевидец и участник общения тогдашней патриотически настроенной молодежи, приверженной идеям "Русской Троицы", впоследствии один из лидеров народовского движения - утверждал, что среди тогдашних молодых украинцев, которые по примеру чехов, сербов и других славян начали задумываться над своей народностью, пробуждаться из летаргического сна, а изучая историю, прибегать к политике, к размышлениям над системой правления, начали закладывать основы бывшего декабристского Общества объединенных славян, которые позже нашли свое развитие в Кирилло-Мефодиевском братстве (1846 - 1847) и на Славянском съезде в Праге (1848). Идеалом круга молодых политиков являлась федерация свободных народов, прежде всего славянских, на основе самоуправления, полного равноправия и самостоятельности во внутренней жизни с исключением любой нетолерантности и гегемонии. Другой современник, бывший львовский семинарист Михаил Свидзинский, в 1845 показал большое влияние на украинцев Галиции греко-католического духовенства, которое, по его мнению, стремилось к независимости Руси-Украины и не желало быть под господством ни Москвы, ни Польши.

С письмом на имя правительства обращается епископ помощник Львовской митрополии Григорий Яхимович (1842), обосновывая необходимость поддержки им национально-культурного развития украинской Галиции в интересах усиления политического влияния на Украину, находившуюся в составе Российской империи. Из Львовского епархиального управления в 1847 выходит ряд воззваний к духовенству о содействии в налаживании школьного обучения на украинском языке, создании на средства сельских общин украинских приходских школ. Вопреки сопротивлению помещиков и инертности окружных органов власти приходские школы основываются во многих селах. Активизируется работа по подготовке школьных учебников, в частности переводных. В среде украинского мещанства Львова, объединенного вокруг Ставропигийского института и высшего духовенства возникают проекты по созданию украинской "Матицы" по примеру славянских матиц для издания популярных книг для народа (март 1847 года) и издание периодического органа - еженедельника "Галицкая пчела "(1846-1847). Однако споры по вопросу о языке издания затянулись до начала революции 1848.

В результате деятельности "Русской Троицы" к середине 1840-тых в украинском национальном движении Галичины стала заметной тенденция к получению национальной самостоятельности украинцев и были сформулированы программные принципы ее обеспечения, поддержаны многими представителями тогдашней интеллигенции. Это показало переход национального движения от решения культурно-языковых и научных задач к постановке задач политических, экономических и социальных, было признаком завершения в основном первой стадии национального движения ("Сбор наследия") и вступления в новую, в рамках которой принадлежало решать вопросы организационной ("культурной") и политической деятельности. Их реализация стала делом 1848 и последующих десятилетий.