Конгресс Коминтерна, который состоялся в 1920 в Москве при участии кремлевского руководителя Владимира Ленина, напугал послевоенный мир постановлением: "Международный пролетариат не вложит меч в ножны к тому времени, пока Советская Россия не включится звеном в федерацию советских республик всего мира". Первым этапом мировой пролетарской революции, заявил 21 июля 1920 Ленин красноармейцам, должен был стать "путь в Венгрию, Польшу и Германию... через Галицию".

На рис.: Советский плакат

Кремль планировал сделать Львов столицей Галицкой Социалистической Советской Республики. Раньше времени создали и ее правительство - Галревком во главе с Владимиром Затонским.

Экскурсии по Львову

Итак, в ходе общего наступления войск Юго-западного фронта во главе с Александром Егоровым (будущим маршалом, уничтоженным в 1939) и членом Реввойсксовета Иосифом Сталиным в конце июля 1920 вступили на территорию Восточной Галиции. Главной ударной силой фронта была Первая конная армия, которая 26 июля заняла Броды и развернула наступление на Львов. В ее состав входили конные дивизии: 4-ая под командованием Федора Летунова (после его гибели 19 августа - Семена Тимошенка), 6-ой Иосифа Апанасенка, 11-ой Ф. Морозова, 14-ой Александра Пархоменка, особая конная бригада Константина Степного-Спижарского, пушечные, технические части, бронепоезда. Кроме того, в оперативное подчинение ей передавались 4, 5, 47 и 61 стрелецкие дивизии и Отдельная конная бригада Григория Котовского.

На рис.: Советский агитационный плакат

Как и предполагалось, путь на Львов оказался непростым. Буденный постоянно жаловался Егорову на сильное сопротивление поляков. В ответ получил телеграмму, подписанную Егоровым и Сталиным с приказом занять Львов не позднее июля, что было, очевидно, нереальным. 4 августа газета "Красный кавалерист" выдала желаемое за  действительное: "Столица польских господ вот-вот станет столицей Советской Польши... А здесь в Галиции уже стучат в ворота Львова. Столица галицких помещиков уже завтра станет столицей Советской Галиции". Минский "Пролетарий" 11 августа вдохновленно убеждал: "На очереди столица Надднестрянской Украины - Львов, которому недолго ждать красные флаги советской власти над каменным Львовом на ратуше". 15 августа 6-тая конная дивизия Апанасенка вышла на Буг в районе Буска, отбила польские части за реку и заняла город, где Буденный разместил свой штаб. В тот же день достигла Буга 11-тая конная дивизия Морозова в районе Сокаля и 14-ая Пархоменка под Добротвором. На это время І Конная армия имела в боевом строю 25,2 тысяч сабель, 420 пулеметов, 60 пушек и 10 самолетов. Именно по берегам Буга проходил главный рубеж обороны галицкой столицы.

Советским войскам в Галиции противостоял Южный фронт под командованием генерала Вацлава Ивашкевича в составе польской 6-й армии генерала Владислава Еджеевского и частей союзной Армии Украинской Народной Республики под командованием генерала Михаила Омельяновича-Павленко (в общей сложности 30 тысяч солдат, 1400 пулеметов, 550 пушек, 100 танков, 10 самолетов и 16 бронепоездов). Заметим, что в период украинско-польской войны генералы возглавляли противоположные войска. Главные усилия союзных войск были сосредоточены против советской 14-й армии на юге от Львова. В середине августа против Конной армии действовали части 5, 6 и 13-й дивизий пехоты, которые имели лишь близко 11 тыс. штыков и 3 тыс. сабель. Их боевые действия поддерживали 6 бронепоездов и 50 самолетов с клепаровского аэродрома во Львове, пилотами которых были большей частью добровольцы из Франции и США. Так вот, они более всего донимали красных конников. Тимошенко докладывал, что от налетов авиации за один день потерял около 200 бойцов. Но, когда конници вышли на Буг, эти войска отступили в бок Перемышля и Кристинополя - Белза, оставив львовское направление почти обнаженным. Его прикрыли части так называемой Добровольческой армии, которые играли главную роль в обороне Львова.

Формирование этой армии развернулось в Польше по инициативе генерала Юзефа Галлера. В июльские дни окружной инспекторат во главе с генералом Робертом Лямезаном и полковником Чеславом Мончинским начал создавать "малопольские отделы" Добровольческой армии во Львове. К вербовочным пунктам в казармах на Замарстиновской и в школе Сенкевича за две недели согласилось около 18 тысяч добровольцев, из них 6 тыс. бывших воинов австрийской армии, не призванных к войску по возрасту. На формирование Добровольческой армии жители Львова собрали 2 млн корон, еще 5 млн - Комитет Обороны. Нефтяники предприятий Бориславского бассейна пожертвовали 50 млн корон и 1,5 тысяч лошадей. Благодаря патриотизму польского населения во Львове и территории окружного инспектората сформирован 238-ой и 240-ый полки пехоты, 209 и 214-ый конные полки, три дивизиона артиллерии, отдельный Львовский полк конницы, два мобильных батальйона стрельцов, штурмовая, саперная, санитарная сотня и другие подразделения. Во главе полков и батальонов стояли опытные офицеры Роман Абрагам, Марцелий Снядовский, Михаил Белина-Пражмовский, Здислав Татар-Тршесньовский, Чеслав Мончинский, Болеслав Зайончковский и прочие, которые имели фронтовой опыт Первой мировой и украинско-польской войн. Кроме того, к лавам защитников Львова вошло больше чем 20 тысяч юношей и девушек, студентов, гимназистов, гарцеров, из которых были созданы отдельные запасные и охранительные батальйоны. После двухнедельной военной подготовки части польских добровольцев отправились на фронт, где заняли оборону по р.Буг на линии Камянка-Струмилова - Краснэ.

На рис.: Командование Первой конной армии, 1920 год.

На рис.: Бой под Задверьем. Худ.С.К.Батовский

Понятно, что превосходящими силами Будьоному удалось сломать первый рубеж обороны Львова, хотя поляки бились упорно, их действия эффективно поддерживали самолеты эскадры, которая базировалась во Львеве. Итак, продвижение к городу проходило с отчаянными боями. Один из них был 17 августа под Задверьем, который вошел в историю советско-польской войны как польские Фермопилы. Того дня батальон капитана Б.Зайончковского (около 300 воинов) вступил в бой с частями 6-й конной дивизии И.Апанасенка, разгромил четыре эскадрона конницы и занял Задверье. По приказу командования, его 54-й полк отступил, потому что красные бросили сюда большие силы - около тысячи конницы. Но Зайончковский не воспользовался возможностью и принял бой. В неравном поединке почти все оборонцы погибли, а капитан и несколько офицеров, во избежание плена, застрелились. Живых и раненых, как бывало нераз, добивали. (На месте боя вскоре соорудили памятник, который сохранился до наших дней).

Разместив штаб армии в Борщовичах, Будьоный назначил генеральный штурм Львова на 8.00 19 августа. В этот день 6-тая, 11-тая дивизии и особая бригада атаковали город с востока и юга. Причем Апанасенко наносил удар с востока через Миклашов вдоль железной дороги Львов - Краснэ. Морозов наступал через Чижиков на Винники. Особая конная бригада - на Лысынычи. 14-тая дивизия Пархоменка продвигалась на Куликов, а 4-ая Тимошенка - обходила Львов с севера и отбрасывала противника на Яворов. Это была последняя попытка овладеть большим центрально-европейским городом, вместе с тем оправдать самодельную задержку Конной армии от похода на Люблин. В те дни, 22 августа 1920, московская "Правда" писала, что Львов вот-вот будет советским. О положении в городе 18 августа отмечалось: "Во Львове властвует ужасный хаос. Наиболее богатые жители бросают город. Убежали купцы, чиновники, интеллигенты. В городе осталась чернь, которая грабит покинутые кварталы. В городе голод. Еврейское население убегает в горы".

Возникает вопрос, какую позицию в это время заняли украинцы города (около 27 тыс. лиц из 220 тыс. мещан). Напомним, что Львов заняли поляки в ходе войны 1918-1919, которая закончилась поражением украинцев. Тысячи галичан находились в польских таборах. Итак, об активной поддержке поляков не могло быть и речи. Но поддержки и Красной армии они не выявляли, заняв выжидательную, нейтральную позицию. Ни в одном из московских архивов нет документов, которые бы подтвердили советский миф о связях львовян с командованием Конной армии, подготовку антипольского восстания в городе, существование повстанческого центра и прочее.

На отношении общественности Галиции к наступлению красных обозначились сложные перепетения национальных и социальных разногласий. Не только среди украинцев и евреев, но и среди поляков было много привлеченных социальной демагогией большевизма. Но воины Действенной армии УНР, которые воевали вместе с Польшей, понимали всю важность борьбы с експансией коммунизма. Вместо того львовские украинцы заняли выжидательную позицию: не поддерживали Красную армию, но и не могли стать на сторону поляков, противостояние с которыми не закончилось.

Целый день 19 августа точились бои на рубеже Дубляны-Миклашев-Прусы (Ямполь) - Чижиков, но пробиться к городу буденовцам не удалось. Поляки встречали конницу организованным плотным огнем. Командиры докладывали Буденному о больших потерях. Вместе с тем Москва требовала наконец бросить Львов и двинутся на Люблин. Разнервничавшийся Буденный приказал отступить. На следующий день он телеграфировал к Москве Троцкому: "Приступаю к выполнению директивы фронта 5020". То есть к походу на Люблин, когда уже Варшавская битва закончилась сокрушительным поражением Красной армии, дивизии которой под ударами поляков покатили на восток. Задача захватить Львов переводилась на 14-тую армию Уборевича. 24 августа Егоров приказал ему занять город в как можно более краткий срок. Впрочем, через две недели Красная армия сама спешно отступила за Збруч.

Опомнившись от львовской неудачи, Буденный вывел Конную армию на Люблин, но 29 августа натолкнулся на крепость Замостя, которую обороняли украинско-польские части под командованием генерала Армии УНР М.Безручка. После тщетных атак Замостя и угрозой окружения, 1 сентября Конная армия отступила к Владимир-Волынскому. Вскоре ее перекинули на врангелевский фронт.

Итак, непосредственно в боях под Львовом потери защитников были незначительные - где-то 1,5 тысяч воинов (часть из них похоронили на Кладбище орлят). Встретив сопротивление львовян, прежде всего добровольцев с двухнедельной военной подготовкой, красные конники, вероятно, не очень рвались проливать кровь за "мировую республику Советов". Мотивация защитников Львова оказалась более существенной.

За бои 1918-1919 и 1920 лет молодое Польское государство объявило о награждении Львова наивысшим орденом - Виртути Милитари. Праздничное вручение награды произошло при участии маршалка Юзефа Пилсудского, президента города Юзефа Ноймана, арцибискупа Юзефа Бильчевского 22 ноября 1920 на Марьяцкой площади, возле памятника Мицкевичу. Началось сооружение польского военного мемориала на Лычакове, а вскоре украинского мемориала на Яневском кладбище.

Для следующих поколений поляков и украинцев эти мемориалы являлись фактором противоположных традиций. Ныне эти могилы являются местом не конфронтаций, а воссоединения народов-соседей.

из Истории Львова. Том третий (1918-нач. XXI ст.). Издательство Центр Европы. 2007 год